И уж конечно, ему придется куда более искусно, чем сейчас, скрывать свои любовные интрижки.

С появлением супруги в его жизни придет конец и дружеским пирушкам, которые он устраивал в Уайде и на которых никогда не присутствовала вдовствующая герцогиня, и вечеринкам в его доме в Лондоне, которые очень нравились его друзьям. Они неизменно просили герцога почаще устраивать такие приемы специально для мужчин.

«Нет, определенно, жена — это обуза, которую я пока не собираюсь на себя взваливать», — твердо сказал себе герцог.

Затем он вновь вспомнил о Фенелле, вспомнил откровенный призыв в ее глазах и подумал, что по прибытии в Беркхэмптон-Хаус ему обеспечен самый теплый прием.

К тому же герцог готов был держать пари, что лорда Ньюбери, который был значительно старше своей хорошенькой жены и совсем не интересовался скачками, не будет в Гудвуде.

Его светлость предпочитал охоту, и герцог решил как-нибудь пригласить лорда поохотиться к себе в поместье.

Он не сомневался, что очаровательная Фенелла непременно будет сопровождать мужа.

Конечно, побыть с ней наедине будет довольно сложно, но уж кто-кто, а герцог умел изобретать предлоги, чтобы оказаться тет-а-тет с той, что интересовала его в данный момент. Например, это мог быть осмотр его картинной галереи, а в хорошую погоду он предлагал полюбоваться чудесным видом, который открывался с верхней веранды.

Еще лучше бывало, если удавалось улучить момент, когда мужчины были заняты игрой в карты или развлекались предобеденным бильярдом, а дамы отдыхали у себя в будуарах.

А когда кончится охотничий сезон, подумал герцог, по этому случаю состоится грандиозный бал. Но до этого было еще далеко.

Внезапно герцога охватило неловкое чувство, от которого он поспешил поскорее избавиться, что к тому времени место Фенеллы в его сердце, возможно, уже займет другая женщина.

Примерно около пяти герцог въехал в величественные ворота Беркхэмптон-Хауса.