— Большое спасибо, — сказал лорд Питер. — Мне бы очень хотелось, если только я не причиню вам неудобства.

— Нисколько, — сказал мистер Типпс.

Его манера держаться, когда он шёл впереди по коридору, убедила лорда Питера в двух вещах. Во-первых, как ни отвратителен был находившийся в ванне мистера Типпса экспонат, маленький архитектор явно наслаждался отблеском важности, который тот отбрасывал на него и его квартиру, а во-вторых, что инспектор Сагг запретил ему показывать труп кому бы то ни было и даже отобрал ключ от ванной. Последнее предположение подтвердилось, когда мистер Типпс отправился за ключом в спальню, сказав при этом, что он взял себе за правило иметь по два ключа для каждой двери — так, на всякий случай.

Ванная комната была ничем не примечательна. Длинная, узкая, с окном, расположенным прямо над передней частью ванны. Оконные стекла были матовыми. Рама достаточно широкая, чтобы через нее можно было протолкнуть человеческое тело. Лорд Питер быстро прошел к окну, открыл его и выглянул наружу.

Квартира находилась на верхнем этаже здания, в средней его части. Окно ванной комнаты выходило во двор, который был заполнен угольными складами, гаражами и тому подобными строениями. За ними находились здания и сады параллельной линии застройки. Справа возвышалось огромное здание госпиталя Святого Луки, Бэттерси-парк и связанная с ним подземным переходом резиденция знаменитого хирурга сэра Джулиана Фрика, который руководил хирургическим отделением большого нового госпиталя и был, кроме того, известен на Харли-стрит как выдающийся невропатолог с весьма своеобразными взглядами.

Все эти сведения с пространными подробностями вливались в ухо лорда Питера мистером Типпсом, который, казалось, чувствовал, что соседство столь выдающихся учреждений и лиц бросало ореол славы и на него, и на всю улицу Квин-Кэролайн-Мэншнс.

— Он сам был здесь сегодня утром, — с волнением произнес маленький архитектор, — в связи с этим ужасным делом.