Однако мышцы еще повиновались ему, и когда жрец показал на застланное шкурами ложе, Семен покорно вытянулся там и опустил отяжелевшие веки. В этот миг ему не хотелось спать или вернуться к бодрствованию; он пребывал сейчас где-то на грани меж явью и сном, в приятном расслаблении, будто его погрузили в ванну с теплой соленой водой и задернули матовые, приглушавшие свет шторки.

Покой, безопасность, тишина... Потом ее нарушил голос. Он произносил слова, звучавшие отчетливо, мерно и гулко, словно увесистые капли, падавшие в воду и странным образом проникавшие в мозг; Семену казалось, что он вот-вот догадается о значении этих неведомых слов, раскроет их загадочный смысл – возможно, даже ответит на том же языке. Но оцепенение сковало его и сделало безгласным; он мог лишь отсчитывать падение капель-слов, слушать их и запоминать.

Постепенно слова обретали жизнь, соединяясь в пары, сочетания и цепочки-понятия. Да – нет, хорошо – плохо, жарко – холодно, светло – темно... Я, ты, он, она, они... Ползти, идти, бежать, прыгать... Поднимать – опускать, бросать – ловить, отдавать – получать... Человек: мужчина, женщина, ребенок... рука, нога, плечо, грудь, живот, спина, пальцы, голова, лицо... лоб, брови, глаза, нос, рот, губы... Животное: бык, лошадь, коза, овца, собака, кошка... Здание: дом, дворец, храм, крепость... крыша, стена, окно, дверь, колонна, лестница... Дерево, камень, глина, металл... Золото, серебро, железо... медь и олово – бронза...

Чувство покоя и безопасности исчезло. Теперь Семен плавал в океане слов, набегавших то мелкой зыбью, то волной, то огромными валами; слова несли его, стремились потопить, подталкивали в чудовищный водоворот, в котором, как он внезапно понял, таились смерть или безумие. Странствие в этом океане было трудом опасным и напряженным; не всякий разум справлялся с ним, не каждому уму были доступны эти потоки слов, что снова и снова рушились в изнемогающее сознание.