Опустошив тарелку (и применив при этом все свои представления о хороших манерах), он откинулся на спинку кресла и обнаружил, что Мэгги молча его разглядывает.
Зато Джинни никого не разглядывала. Уткнувшись носом в шею Мэгги, она мирно посапывала.
Джош не раздумывал ни секунды. Он сразу понял, что ему нужно. И задал Мэгги единственный возможный вопрос.
— Вы не хотите поехать ко мне домой?
Вторая глава
Тихая, застенчивая Мэгги О’Коннор недоверчиво уставилась на сидящего перед ней красавца.
Его лицо покраснело, и он торопливо добавил:
— Я хотел сказать, ради Джинни. Поехать ко мне, чтобы помочь с Джинни.
Она продолжала молчать. Слов не было.
— Обещаю, я ничего такого не думал. Никаких… задних мыслей. То есть, ваш отец мне доверял. Вы тоже можете. — Похоже, он справился со смущением, поскольку румянец на его щеках начал таять.
Если б только Мэгги могла опомниться так же быстро.
— Я… по-моему, не…
— Подумайте о Джинни. Я не умею нянчиться с ней. Каждый раз, когда я к ней прикасаюсь, она начинает плакать. Ее мама недавно умерла, и…
Мэгги уцепилась за последнюю фразу.
— Ее мама умерла?
— Да, так что…
— Похоже, вы не слишком о ней горюете! — Мэгги не сумела скрыть возмущения. Потеряв обоих родителей, она воспринимала смерть слишком серьезно.
Она ожидала от него проявлений скорби, или хотя бы раскаяния. Но в его взгляде было только разочарование.
— Я и не особо радуюсь, — мрачно признался Джош, — но я не виделся с Джулией около полутора лет. Она никогда не рассказывала мне о дочери. До сегодняшнего дня я понятия не имел о ее смерти и о рождении Джинни. Меня это очень потрясло.
Мэгги отвернулась и взглянула на ребенка. Ее переполняло сочувствие к бедной сиротке. Мать Мэгги умерла при родах. У них с Джинни много общего, ведь эта девочка тоже никогда не узнает свою маму, подарившую ей жизнь, как не знала ее Мэгги.