Когда Джош заявил, что они прибыли, поставил на пол чемоданы и начал рыться в сумке в поисках ключей, Мэгги попыталась представить себе его жилище. Она часто слышала о том, какими неряхами бывают закоренелые холостяки. Когда Джош распахнул дверь и жестом предложил ей войти, она была готова ко всему.

К своему удивлению, Мэгги обнаружила просторную, уютную гостиную без особых признаков беспорядка.

— Как мило.

— А что ты ожидала увидеть? Хлев? — спросил Джош, усмехаясь.

— Нет, но я слышала… некоторые мужчины не очень опрятны.

— Только не надо мне нимб надевать, Мэгги. Ко мне раз в неделю приходит уборщица. Она как раз вчера была.

— А. Но здесь все равно симпатично. Мне нравятся цвета. — Комната была оформлена в мужском вкусе — в зеленых и светло-коричневых тонах.

Кивнув, Джош шагнул в коридор.

— Вы с Джинни можете спать в моей кровати. Неси ее сюда.

— Но ее нельзя укладывать в обычную кровать. Она может перевернуться и упасть, — возразила Мэгги.

— Может перевернуться? — переспросил Джош, уставившись на свою дочь, как на чудотворца.

— Да. Они начинают поворачиваться месяца в четыре. И, скорее всего, Джинни уже умеет ползать.

— Что же нам делать? У меня нет детской кроватки. — Джош казался растерянным.

Мэгги еле удержалась, чтобы не обнять его. Он очень волнуется за своего ребенка. Честно говоря, несмотря на все вопросы, которые у нее накопились, надо отдать ему должное. При всей своей крутизне, он оказался очень заботливым отцом.

— Наверное, мы могли бы обложить ее подушками, чтобы она не упала.

— Прекрасная мысль. Слава богу, что ты поехала со мной, Мэгги. Без тебя я бы ни в жизнь не справился.

Мэгги вошла вслед за ним в спальню, мысленно наслаждаясь его словами. Двуспальная кровать оказалась достаточно просторной для нее и для Джинни.