- Это ничего не значит, - торопливо проговорил сэр Уолтер, тщательно скрывая беспокойство и не отрывая глаз от страшного видения. - Я уже видел такое раньше, это пройдет, и ровным счетом ничего не значит, - однако капитан сам не верил своим словам. Затмение всегда трактовалось как предзнаменование великих и зловещих событий и, возможно, вполне подходило для такого трагического дня. Пришпорив усталого коня, мужчина размышлял, хорошее ли это предзнаменование для юноши, неожиданно для себя ставшего новым владельцем Уорфилда.

Сторож недоверчиво рассматривал двух рыцарей и долго расспрашивал о цели визита, прежде чем впустить их. В те времена даже служители Господа были осторожны, и это казалось вполне обоснованным. Двое усталых людей спешились и пошли через двор аббатства, направляясь к жилищу монахов. Ветер поднимал сухие листья, с тихим шорохом носившиеся по промерзлой земле. Тень закрыла уже половину луны, посылая на землю зловещий кровавый свет.

Из церкви доносилось стройное пение монахов. Согласованность и красота звуков напомнили о существовании высшего, лучшего мира и принесли успокоение измученной душе сэра Уолтера. Рука крепче сжала рукоять меча, бывшего свидетелем многих жестоких битв. Кто знает, может, Ричард и прав насчет Адриана.

Зала для посетителей отличалась простотой и скромностью убранства. Ее украшением служили лишь незатейливая мебель и распятие. Однако к услугам и вящей радости мирян там имелся очаг и вино, чтобы согреть промерзшие кости. Опустившись на скамью, сэр Уолтер попивал божественный, как ему сначала показалось, нектар, на самом деле являвшийся дрянным винишком, годным лишь для нищих бродяг. Фонтевиль принадлежал цистерцианскому монашескому ордену, славившемуся своим аскетизмом и равнодушием к мирским заботам, богатству и славе. Капитана удивило, что юноша питал нездоровую страсть к отсутствию удобств.