— Леди Маргарет, но этот джентльмен выглядит намного старше вас! — Бесс ловко изобразила изумление. Уловка сработала.

— Я польщена, Бесс, однако мы с ним ровесники. Он овдовел в молодости, а сейчас ему за тридцать.

— Тридцать?.. Если вы наденете розовое платье, вам не дашь и двадцати!

— Ну что ты! Вспомни, сколько лет моим дочерям!.. Пожалуй, это розовое платье я возьму с собой в Челси.

— Знаете, некоторые цвета старят женщин, — будто невзначай проронила Бесс.

— Вот как? Об этом я никогда не думала. Какие же?

— Все оттенки лилового, да и серого тоже. — Бесс украдкой погладила изумрудное бархатное платье. — А в зеленом кожа выглядит желтоватой.

Леди Маргарет собрала в охапку злополучные наряды:

— Вот возьми их себе. Тебе еще незачем молодиться, детка.

Развешивая дорогие платья в своем шкафу, Бесс напевала веселую песенку. Рукава туалетов отстегивались, их можно было менять, поэтому девушка решила, что зеленые рукава оживят элегантное серое платье и выгодно оттенят цвет ее волос. Бесс понимала, что сегодня ей несказанно повезло. Она потерлась щекой о нежный зеленый бархат и задумалась. Повеса Кавендиш… Молодой вдовец! Неудивительно, что у него хватает времени на развлечения. Бесс твердо вознамерилась продолжить знакомство с ним. Леди Заук пригласит его к ужину, и Кавендиш наверняка примет приглашение!

Внезапно вспомнив про бедного Роберта Барлоу, девушка взбежала на четвертый этаж, где располагались комнаты слуг. Постучав, она осторожно заглянула в комнату. Роб лежал на узкой койке.

— Как ты, Роб?

— Мне уже гораздо лучше. Бесс, спасибо тебе за помощь. Я написал письмо родным и рассказал, как ты добра ко мне.

Заметив, как восхищен ею юноша, Бесс поспешила охладить его пыл:

— Следующую неделю мы проведем в Челси. За это время ты успеешь отдохнуть и набраться сил. Роберт явно пал духом.