— Прошу прощения, лорд Дорсет, я думала, вас посетил сам король, — пролепетала девушка и увидела, как брови собеседника Генри Грея сошлись на переносице.

Казалось, эти слова пришлись ему не по вкусу, однако он запрокинул голову и расхохотался. Бесс растерялась. Незнакомец был не менее шести футов ростом, его густые каштановые кудри ниспадали на воротник, а на чисто выбритом подбородке виднелась ямочка. Его карие глаза искрились лукавством. Бесс никогда еще не встречала более притягательного мужчины.

— Это мой друг, Уильям Кавендиш, — представил Генри Грей собеседника.

Тот поднес к губам руку Бесс.

Ее пальцы дрогнули, коснувшись широкой мужской ладони, а колени подкосились.

— Когда вы в последний раз видели короля? — осведомился Кавендиш.

— Я ни разу не видела его, милорд. — Бесс поспешно убрала руку и холодно добавила:

— Но его портреты есть повсюду.

— Вот оно что! Все эти портреты создавались в ту пору, когда король был еще молод, бодр и силен духом. Тщеславный Генрих не хочет, чтобы его подданные узнали, как он выглядит сейчас.

Эти неслыханные по дерзости слова ошеломили Бесс. Мистер Кавендиш осмелился так непочтительно отозваться о самом короле!

— Все мужчины тщеславны, милорд, — язвительно заметила девушка.

— Удар не в бровь, а в глаз, Кавендиш! — засмеялся Генри Грей. — Ты и вправду тщеславен, как король и не менее порочен. — Последние слова, произнесенные шепотом, предназначались только для ушей друга, который менял любовниц как перчатки.

Бесс с трудом оторвала взгляд от импозантной фигуры Кавендиша.

— Я принесла письмо для леди Фрэнсис…

— Вы разминулись с ней, дорогая: леди Фрэнсис отправилась в Дорсет-Хаус за вещами, необходимыми ей для поездки в Челси на следующей неделе. Мы только что вернулись из имения Брэдгейт, из Лестершира. Ума не приложу, почему дамы так часто переезжают из одного дома в другой?