— Очень милое зеркало, — сказал Дэнзил, проследив за ее взглядом. — Я непременно оставлю его.

У него есть вкус, отметила Клэр. Заинтригованная, она спросила:

— Чем вы занимаетесь, мистер Блэк? Что у вас за работа?

— Сейчас у меня нет работы. — Дэнзил потряс портьеру, и в воздух поднялись клубы пыли. — Но не волнуйтесь, я заплачу за «Сизую чайку» наличными. С деньгами проблем не будет.

Задавая вопрос, она имела в виду совсем не это. Не удовлетворив свое любопытство, Клэр попытала счастья снова:

— А где вы сейчас живете? Конечно, я спрашиваю не о гостинице Джимми Сторра.

— В Лос-Анджелесе, — холодно ответил он.

От неожиданности глаза Клэр широко раскрылись.

— В самом деле? Но вы не американец, ведь так?

Он говорил с едва заметным акцентом, однако Клэр не приняла бы его акцент за американский.

— Нет. Я родился в Шотландии, хотя ничего не помню об этой стране. Мы переехали, когда мне было два года. До двадцати одного я жил в Манчестере, однако в юности я провел немало времени в Гриноу, и у меня остались добрые воспоминания о вашем городе.

— И поэтому вы вернулись сюда?

Казалось, его забавлял этот разговор.

— Так вы это хотели узнать — почему я намереваюсь переехать в Гриноу? Что ж, отвечу и на следующий вопрос, который непременно сорвется с вашего язычка. Я много лет прожил в Калифорнии, в основном в Лос-Анджелесе и Беверли-Хиллз.

— В Беверли-Хиллз? Так вы работаете в Голливуде?

К ее удивлению, он ответил утвердительно.

— О-о-о… — Клэр была ошеломлена. — А какого рода у вас работа? Вы ведь не актер? — Хотя с его внешностью и обаянием он мог им быть. Клэр представила, каким выразительным было бы его лицо на экране.

— Много лет назад я играл маленькие роли, но хотел оказаться по другую сторону камеры. Я сменил много профессий в киноиндустрии: был рекламным фотографом, оператором, декоратором. Но я мечтал о карьере режиссера и в конце концов стал им. А сейчас у меня нет работы. Я решил на время отойти от дел и поэтому вернулся в Англию.