— Понятно, — пробормотала Сара. — А вы не знаете, почему моя родственница оставила все это мне? Моя мать не пролила почти никакого света на этот вопрос.

— А что сказала ваша матушка?

— Ну, сказала, что мисс Дэвис — ее вторая двоюродная сестра, что Эрика почти не поддерживала контактов с нашей семьей. Но несколько лет тому назад, когда я с друзьями проводила каникулы на Виргинских островах, Эрика была проездом в нашем городе и останавливалась у нас. Кажется, ей очень поправились мои работы. Когда я позвонила домой, мама сказала, что Эрика в восхищении от одной моей картины, и я настояла, чтобы мама подарила ей эту вещь.

Болдуин хрустнул пальцами.

— Значит, вы та… та самая художница! Дело в том, что я, кажется, видел эту картину в доме Эрики. Она очень хорошо о вас отзывалась.

Сара улыбнулась.

— Приятно это слышать. И все же одна подаренная картина — явно недостаточное основание для того, чтобы завещать мне все свое состояние.

Болдуин развел руками.

— Я полагаю, мисс Эрика оставила все вам потому, что поблизости не было других родственников. Хотя она была странным человеком, очень замкнутым. При этом очень религиозна, занималась активной деятельностью при здешней методистской церкви. Вероятно, кто-нибудь из ее подруг по Женскому обществу сможет рассказать о ней побольше. Сара нахмурилась.

— Какая часть денег вложена в бизнес?

— В основном они лежат на счетах. Эрика нанимала Моди Вильсон, которая работала у нее бухгалтером. Очень честная и надежная. Я пользуюсь ее услугами со дня смерти Эрики. Я, видите ли, душеприказчик мисс Дэвис. И, конечно, я всегда занимался юридической стороной ее собственности, — добавил он многозначительно.