Заперев дверь, Сара положила ключи, чемоданчик и сумку. Она вошла в покрытую ковром гостиную, зажгла лампы. Комната выглядела так, будто здесь недавно вытерли пыль и прошлись пылесосом. Старинная мебель была очень хороша. У противоположной от входа стены — софа работы Дункана Фифа

Над софой висит картина Сары, изображающая старый дом в Атланте. Сара рассматривала картину с приятным удивлением.

Призрачный, обветшалый от времени дом в стиле греческого Ренессанса словно утопает в утренней дымке; розовая жимолость и желтый жасмин вьются вокруг обшарпанных колонн, старая дверь приоткрыта, словно приглашает войти.

Сара хорошо понимала, почему кузина Эрика так полюбила эту картину. Написанная в мягкой импрессионистской манере, она представляла собой прекрасный образец творчества Сары Дженнингс в расцвете сил. Потом на нее нахлынули грустные мысли о том, что ее творческий расцвет, по всей видимости, миновал, и она, вздохнув, отвернулась от картины.

В столовой она рассматривала полированный стол и стулья в стиле хеппелвайт

Мяуканье привлекло внимание Сары, она посмотрела вниз и увидела прекрасного белого персидского кота, трущегося об её ноги. Нагнувшись, она взяла кота на руки, а тот уставился на нее большими глазами цвета янтаря.

— Привет, дружок. Как тебя зовут? Какой ты красивый!

В ответ кот замурлыкал, потерся мордочкой о Сарину руку.

Может, он хочет есть, подумала она. Потом заметила на полу блюдечки с едой. Наверное, служанка накормила его днем.

Опустив кота на пол, Сара прошла еще под одной аркой, вошла в какое-то темное помещение и зажгла свет.

И сразу же почувствовала себя как дома в этой большой комнате.