– Я домой пойду, – пролепетала она. – Можно?

– Ладно, – живо согласилась Шура. – Только по справедливости будет, если теперь ты меня в гости пригласишь…

Верочка, у которой, кроме Стаса, ставшего почти родным, дома еще никто не бывал, в замешательстве задумалась. Она не представляла, что они с Шурой будут делать, когда придут к ним домой. Играть в куклы, смотреть телевизор, пить чай? Но кукол у Верочки мало, телевизор плохо показывает, и чтобы чай приготовить, надо газ включить, а мама не разрешает в свое отсутствие к плите подходить. Но тут Шура воскликнула:

– А может, Стаса навестим? Он же болеет… – Шура уже подталкивала Верочку к выходу. – Стас ведь в твоем доме живет?

– В моем подъезде.

– Еще лучше! – И Одинец вновь бесцеремонно схватила Верочку за локоть, потащила через двор к дому, где обитали Чайки и Радугины.

Верочка знала, что Стас будет недоволен, если она приведет к нему в гости Шуру: с девчонками он предпочитал не водиться. Тем более с теми, кто был к нему неравнодушен. А в том, что Шура Одинец относится к числу горячих поклонниц Стаса, можно было не сомневаться. Подтверждение этому Верочка получила тут же.

– Ве-е-ер, – протянула та вопросительно, – а ты Стаса любишь?

– Я? Стаса? Нет, что ты, мы просто друзья, – не покривила душой Вера. Она любила только одного человека – свою маму.

– Да ладно, – не поверила Шура. – Все девочки в нашем классе, и не только в нашем, по нему сохнут…

– А я нет.

– Странная ты… – пробормотала Шура. У нее просто в голове не укладывалось, как можно относиться к Радугину равнодушно. – А я Стаса люблю! – страстно воскликнула она. – И выйду за него замуж!

Веру очень удивило ее заявление. Сама она, к примеру, совсем не собиралась замуж. Но если и соберется, то лет через пятнадцать, а планировать свою жизнь на столько лет вперед глупо…