Навстречу им вышла лаборантка. Она остановилась, увидев Еву и Пибоди.

— Клиппер занял апартаменты Морриса. Не знаю, заглянет Моррис или нет, может, вы его раньше увидите… Передайте, что мы все здесь.

— Хорошо.

Девушка беспомощно развела руками.

— Все, что в наших силах. Черт, — пробормотала она и отвернулась.

Ева вошла в прозекторскую, в которой обычно работал Моррис. На его месте стоял судмедэксперт Тай Клиппер — шесть футов сплошной мускулатуры в бледно-голубой рубашке и брюках цвета хаки. Он закатал рукава до локтей, поверх одежды на нем был прозрачный защитный балахон.

Его волосы были подстрижены коротким ежиком. Аккуратная эспаньолка добавляла крутизны его консервативному одеянию и жесткому лицу. Но главное в Клиппере его глаза — огромные глаза под тяжелыми веками искрились янтарем в удивительном контрасте с темной кожей.

— Я еще не закончил. Извините. — В его голосе слышался мягкий кубинский акцент.

— Что вы можете мне сказать?

— Она не была изнасилована. Нет следов сексуального нападения или каких-либо сексуальных действий. Для Морриса, я думаю, это важно.

— Да, это важно. — В воздухе разливалось пение. Мужской голос взывал к кому-то по имени Лайла. — Это Эрик Клэптон? — спросила Ева.

— Да.

— И это тоже для него важно. — Ева подошла ближе. — Оборонительных ранений нет. — Она изучала лежащее на плите тело Колтрейн, как изучала бы любую улику. — Следов насилия, кроме ожогов на шее, нет.

— Есть незначительные синяки на лопатках, на затылке. — Клиппер указал на экран компьютера и вызвал нужный снимок. — Такие можно получить, например, стукнувшись спиной о стену.

— Значит, кто-то ее толкнул.