— Я позабочусь, чтобы мой отдел был проинформирован.

— Я отрываю вас от работы слишком надолго. Но пока вы еще здесь, хочу задать вам один личный вопрос. У Морриса есть все, что ему нужно?

— Хотела бы я это знать. Не знаю, что еще можно для него сделать на данный момент. Мне кажется, у них все было очень серьезно.

Уитни кивнул.

— Ладно, будем делать, что можем. Надо добыть для Морриса ответы на вопросы.

— Да, сэр.

Вернувшись к себе, Ева закрылась в кабинете и начала просматривать свои записи. Она сделала первые записи в деле и подготовила доску.

— Даллас?

— Уже поступают отчеты из лаборатории, — сказала Ева, оторвавшись от работы, когда Пибоди вошла в кабинет. — Мне даже не пришлось угрожать или подкупать кого-то, чтобы сделали по-быстрому. И дело не только в том, что убили копа. Главное, это была дама сердца нашего Морриса. Ее накачали стимулятором — довольно, чтобы она пришла в сознание и все понимала, но не могла двигаться, сопротивляться. На ней — ни единого следа. Ни одного отпечатка на задней двери — снаружи или внутри. Заизолировался, а потом еще стер все следы, чтоб уж наверняка. Ее внутренние органы страшно травмированы парализатором. Она была бы в скверной форме, даже если бы выжила. Он позаботился, чтобы все было наверняка, но был осторожен и точно знал, как настроить парализатор, чтобы жестко вырубить ее, чтобы она уже не встала, но осталась жива. Пока он сам ее не прикончит.

— Я поговорила с полицией в Атланте. Договорилась, чтобы к ее родителям и брату послали консультанта-психолога.

— Хорошо.

— Ее лейтенант готов принять нас в любое время. Они работали бригадой, поэтому у нее не было одного определенного напарника. Она сотрудничала с каждым из членов команды.

— Тогда я поговорю с каждым из них, — сказала Ева. — Пошли, надо этим заняться.