— Почему она перевелась сюда из Атланты?

— Я задал ей тот же вопрос, но это и понятно. По ее словам, у нее появилось ощущение, что она попала в наезженную колею, и ей захотелось из этой колеи выбраться. Переменить обстановку, переменить окружение. Хотелось бы мне дать вам более вразумительный ответ. Хотелось бы мне самому что-то знать. Мне известна ваша репутация, лейтенант. Детектив, — добавил он, кивнув Пибоди. — Не скрою, мне хочется, чтобы над этим делом работали мои ребята, но я знаю, что дело Амми в хороших руках.

— Спасибо за доверие. Если покажете мне вашу комнату для совещаний, мы начнем. Если ее обычная напарница детектив Грейди сейчас здесь, мы поговорим сначала с ней.

— Я вас провожу.

В совещательной комнате стоял один длинный стол, по обе стороны от него — скрипучие стулья. Тут были два настенных экрана, большая белая доска и древний «автоповар».

Пибоди взяла себе чашку кофе и поморщилась.

— Еще хуже, чем у нас. Вот уж не думала, что такое возможно. Пойду куплю в автомате что-нибудь прохладительное. Тебе взять?

— Да, спасибо.

В ожидании банки пепси Ева подумала о Делонге. Да, она его понимала. Если бы Колтрейн погибла при несении службы под его началом, его терзало бы чувство вины, гнева, утраты. Но он хотя бы понимал, что к чему. Это означало бы, что плохой парень взял верх. Он знал бы, кто этот плохой парень, и даже если бы за этим парнем пришлось охотиться, он знал бы, что и как надо делать.

Ева установила на столе камеру, выложила портативный компьютер. И в ожидании вывела на экран данные детектива Клео Грейди.

Тридцать два года, детектив третьего класса, стаж — восемь лет. Перевелась в Нью-Йорк из Нью-Джерси. Браков не зарегистрировано, сожительств не зарегистрировано, детей нет. Несколько поощрений и несколько дисциплинарных взысканий. В команде Делонга — последние три года, переведена по ее собственному прошению из Особого отдела