Стивен не ответил, оглядывая комнату. Она была обставлена с большим вкусом. Диваны покрыты яркими ковриками ручной работы. В углу стоял небольшой телевизор и проигрыватель, а пол был покрыт новозеландским ковром. Никакой излишней роскоши, но очень уютно и комфортабельно. Таким домом каждый мог бы гордиться.

Развешанные по стенам эстампы и картины, которые она, по всей видимости, коллекционировала, не представляли большой ценности. Многие из них были написаны местными художниками, некоторые, очевидно, ею.

– Разве Брэд не сказал тебе, – внезапно спросил Стивен, – зачем он приезжал сюда? Не говорил, что разыскивает знаменитую Дафф? Чего же он тогда хотел?

Одри вздохнула и махнула рукой:

– Нет, он не сказал. Но ясно ведь, чего хотят репортеры. Сплетен, скандалов. Прикрываясь свободой печати, напишут все что угодно. Главное, чтобы привлечь внимание публики.

– Заявление довольно категоричное, – улыбнулся Стивен. – И ты думаешь, что я приехал с той же целью?

– А разве это не так? – В ее голосе послышалась горечь, и она не скрывала этого. – Ведь ты тоже работаешь в газете, раз знаешь этого репортера.

– Я не работаю в газете, – сказал Стивен, снова оглядываясь. – Могу я присесть?

– О чем это ты? – уставилась на него Одри.

– Просто хочу дать ногам немножко отдохнуть, – сухо ответил Стивен, но понимания в ней не нашел.

– Тогда на кого же он работает? – продолжала настаивать Одри. – Неужели Марк Залкинд все еще злится?

– Залкинд… – повторил Стивен, начиная что-то соображать. Марк Залкинд возглавлял киностудию «Джевелфилм». Ходили слухи, что именно с ним у актрисы вышла ссора, прежде чем Одри исчезла. – Нет, это не он, у него не было для этого причин, – спокойно сказал Стивен. – Он перестал сердиться сразу же после очередного успеха своего фильма.

Наверное, он прав, но все равно ей стало обидно. Не то чтобы она сожалела о том, что сделала, сказала она себе. Просто уж очень небрежно упомянул об этом Стивен.