– Как раз к обеду поспели! – воскликнула толстуха довольным голосом. С участием взглянув на Жюстину, она взяла у Кила чемодан и провела их в дом. Чтобы войти в дверь, Килу пришлось нагнуться. Жюстина вновь удивилась тому, как человек такого роста может жить в таком крохотном домике. Она, как смогла, привела себя в порядок в небольшой туалетной комнате и вошла в столовую, где ее уже ожидал Кил. Положив загипсованную руку на стол, она выпила бульон. Затем изо всех сил попыталась воздать должное воздушному омлету, последовавшему за бульоном, но, проглотив несколько кусочков, отложила вилку.

– Наелась? – ровным голосом спросил Кил.

Она кивнула и поморщилась от нахлынувшей волны боли.

– Голова болит?

– Угу, и в глазах двоится, и рука разболелась. И вообще, я себя чувствую беспомощной, все меня раздражает. Я просто устала.

– Бедняжка Жюстина, – поддразнивая ее, с серьезным лицом проговорил он. – Мелли! – позвал он экономку и, когда та вкатилась в комнату, произнес: – Проводи Жюстину в ее комнату, хорошо? Она устала.

– Уж конечно, устала! – Реакция Мелли была бурной. – У нее же сотрясение мозга!

Ее слова удивили обоих, они переглянулись, и Жюстина могла бы поклясться, что на мгновение губы Кила дрогнули в улыбке.

– Пошли, милая, не обращайте на него внимания. Если бы у него самого была сломанная рука и сотрясение мозга, мы бы только и слышали, что его стоны.

– Иногда помощь приходит оттуда, откуда ее не ждешь, – тихо обронил Кил.

Жюстина кисло улыбнулась. Похоже, у него все-таки есть чувство юмора. Неловко выбравшись из-за стола, она последовала за Мелли по витой лесенке. Она была слишком утомлена, чтобы оценить обстановку и причудливость архитектуры дома. В глазах у нее двоилось, и с радостью и облегчением она вошла – наконец-то! – в спальню и без сил рухнула на кровать.

– Управитесь сами, дорогая?

– Да, благодарю вас. Я уже начала постигать искусство управляться одной рукой. – Это было не совсем верно, но проще сказать так, чем просить Мелли о помощи.