— Сэмюель Грэйсон, если не ошибаюсь?

— Точно так, милорд. Я уж думал, вы не приехали. Но, на мое счастье, мне попался капитан того корабля, на котором вы плыли, милорд, и он сообщил мне, что нашел в вашем лице отличного собеседника.

Райдера позабавил этот отзыв; капитан Оксенберг действительно проникся к нему расположением, но отнюдь не благодаря остроумию Райдера, а исключительно из благодарности, так как последний отказал молодой и ищущей любовных приключений миссис Оксенберг, пытавшейся его соблазнить, о чем впоследствии капитану стало известно.

— Несмотря на все ваши опасения, я сейчас нахожусь здесь, целый и невредимый, и прошу вас, любезный, не называйте меня милордом, так вы можете обращаться к моему старшему брату, графу Нортклиффу, ко мне же, как ко второму сыну пэра, по правилам следует обращаться «достопочтенный Шербрук». Но достопочтенный звучит нелепо, особенно здесь, в Вест-Индии, под этим палящим тропическим солнцем. В здешних краях вполне подойдет и мистер. Какая у вас тут страшная жара! Солнце печет немилосердно, а духота! Я чувствую себя так, словно целую милю тащил на спине лошадь.

— Благодарение Богу, что вы здесь! Я так ждал вас и должен сказать вам, мастер Райдер, что у нас неприятности, большие неприятности, и я даже не представляю, что делать в данной ситуации. Какое счастье, что вы приехали, а что касается жары, то вы к ней скоро привыкнете, и тогда…

Мистер Грэйсон внезапно замолчал и куда-то уставился затаив дыхание. Райдер проследил за направлением его взгляда и увидел прелестную молодую женщину. С самого начала, несмотря на то что женщина находилась довольно далеко, Райдер понял, кто она. Да, это была та самая знаменитая особа, о которой судачили все и которая с удивительным умением приручила троих взрослых мужчин. Они все плясали под ее дудку и готовы были выполнить любую ее прихоть. «Любопытно, какие у нее бывают капризы?» — подумал Райдер, и на этом его интерес к незнакомке закончился.