Мартайя думала о своей матери. Неужели та испытывала те же чувства, когда Регим стала тива в их семье? Странно, призналась сама себе Мартайя, но она всегда думала о своей старшей сестре как о мужчине и не могла припомнить, чтобы Регим хоть раз повела себя как женщина. Неужели с Кайони произойдет то же самое? В смятении она не могла поверить, что это случится. Но с приходом следующей луны маленькая девочка, спящая рядом с ней, будет для нее потеряна. И в переполненном отчаянием сердце матери всколыхнулось неистовое нежелание принять этот факт.
С ужасом Мартайя подумала о том, что ей было бы легче, если бы любая другая из ее дочерей пошла по пути тива. Наверное, это наказание за ту любовь, которой она одаривала этого ребенка в большей мере, чем других. Мартайю мучили мысли об опасностях, с которыми предстояло столкнуться Кайони на охотничьих тропах и в битвах. Никогда, как бы хорошо ни владеть воинским искусством, сила и выносливость женщины не сравняется с мужскими. Но еще ни одна женщина не отказалась от роли тива. Она не могла вспомнить никого, кто не казался бы горд и счастлив, живя такой судьбой. Единственное, что ей оставалось, это молиться, что то же самое будет испытывать Кайони. Мартайя не смогла бы пережить несчастья своего ребенка.
Словно мысли его текли в том же направлении, Разящий Камень сказал:
– Скоро Кайони должна будет перенести свою циновку в вигвам тива. Ей придется забыть множество вещей, но еще большему ей надо будет научиться. Дочь Разящего Камня станет славным охотником и великим воином, если придут темные времена. Потомок Разящего Камня никогда не должен принести бесчестья в нашу семью или предать наши обычаи. Все будет так, как велят нам Ата и наш закон.