— Ты что-то скрываешь, девочка?

Эннис давно боялась подобного вопроса. Иногда, просыпаясь по утрам в объятиях Косты, она спрашивала себя: «Неужели мое счастье куплено ценою счастья Беллы?»

— Нет, — неуверенно ответила она.

Линда была мягкой женщиной, но, если дело касалось чего-то важного, никогда не отступала.

— У Беллы неприятности?

— Я…

— Скажи мне, Эннис.

Эннис снова посмотрела на фотографию сводной сестры. Настоящая проказница! Едва сдерживаемый смех, чувственный рот способен повысить давление у любого мужчины. Отчим души в ней не чаял. В день совершеннолетия он подарил Белле маленький бриллиант в форме слезинки, который и сейчас соблазнительно поблескивал на ее шее.

Ну конечно, ничего страшного не произошло. Белле двадцать четыре года. Она красавица. У нее работа, о которой многие могут только мечтать. Она живет в самом восхитительном городе мира. От мужчин наверняка отбоя нет. У такой девушки все должно быть прекрасно!

— Нет, — теперь уже уверенно произнесла Эннис. — У Беллы все в порядке.

Она одарила Линду лучезарной улыбкой, но мачеха не успокаивалась.

— Если бы я действительно знала, что с Беллой, я обязательно рассказала бы тебе, — заверила ее Эннис.

— Тем более Белла должна быть твоей подружкой, — рассудительно подытожила Линда. — Только ей удастся поддержать тебя.

Эннис вспомнила школьный драматический кружок, концерты, выступления в парусном клубе. За минуту до того, как нужно было открыть рот, Эннис всегда немела. Белла же, напротив, сохраняла спокойствие.

— Перед алтарем нельзя терять дар речи, — предупредила Линда. — Моя дочь тебе просто необходима.

— Я позвоню ей сейчас же, — решительно заявила Эннис.

Просторный, с огромными окнами офис нью-йоркского агентства журнала «Элеганс» не имел ни одного письменного стола. Столы были не в моде. Портативные компьютеры журналистов размещались на крошечных деревянных столиках самых причудливых форм. Кое-где стояли стулья, но преобладали все же табуреты. Повсюду были зеркала. Вся мебель — на колесиках.