Гил тоже дрожал, но не отводил взгляд.

— С ума можно сойти, — задыхался он от волнения.

— Да, — согласилась Белла. Она все еще не могла оторвать от него изумленных глаз.

Гил посмотрел на ступеньки ее подъезда.

— Позволь мне подняться к тебе, — тихо попросил он.

Она готова была согласиться. И не только потому, что боялась встретить холодное февральское утро в одиночестве. Ах, какой беспутный, какой развращенный, подумала вдруг Белла, глядя на сладострастный изгиб его губ. Однако она взяла себя в руки.

— О, ты не должен рисковать. Я могу выудить из тебя еще какой-нибудь секрет, — противным голосом произнесла она.

Затем Белла повернулась и, скользя по мостовой, побежала к подъезду. Спеша вверх по ступенькам, она достала из сумки ключи. Захлопнув за собой дверь квартиры, девушка приникла к ней спиной. Сердце готово было вырваться у нее из груди.

— Чем раньше он улетит отсюда на своем чертовом самолете, тем лучше, — пробормотала она.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Белла вспоминала прошедшую ночь.

Каждый раз, закрывая глаза, она думала о Гиле. У нее в голове кто-то поселился и настойчиво повторял знакомые фразы.

«Ты, кажется любишь рисковать».

Почему он так сказал?

«Я обязательно познакомлюсь с этой девушкой».

— О да, — сказала Белла своим смятым подушкам.

«Ты почувствовала то же самое».

Белла резко села.

— Нет, нет! — прокричала она.

«Позволь мне подняться к тебе».

А что было бы, если бы она позволила?

Просто сумасшествие, говорила она себе. Слишком много эмоций. Раньше Белла не встречала таких мужчин. А как же Коста? Сможет ли она когда-нибудь его забыть? Так что же с ней происходит?

За окном послышался шум проезжающих машин. Проснулись и защебетали не испугавшиеся нью-йоркской зимы птички. Белла всегда оставляла для них крошки и воду. Каждое утро она разбивала лед в миске.