Аннабел подавила улыбку.

– Можете забавляться, сколько угодно, – процедила сквозь зубы Имоджин, – но позвольте мне внести полную ясность в мое решение. Я решила завести любовника, а не разновидность выбившегося в люди ливрейного лакея. И ваш брат Мейн – мой главный кандидат на эту роль.

– Ах, – молвила Гризелда. – Что ж, вероятно, разумно начать с кого-то, имеющего столь обширный опыт в подобных делах. На самом деле, Мейн питает склонность к замужним женщинам, предпочитая их вдовам – у моего брата талант избегать дам, которые могут оказаться подходящими для брачных уз. Но может статься, вам удастся переубедить его.

– Полагаю, так оно и будет, – заявила Имоджин. Гризелда задумчиво помахала веером.

– Вы стоите перед любопытным выбором. Вздумай я, к примеру, завести любовника, я бы желала, чтобы наш роман продолжался более двух недель. Мой дорогой брат, несомненно, пользовался расположением многих леди, на которых он имел возможность оттачивать свое мастерство, и, однако ж, через две недели он неизменно ускользал к другой женщине. Более того, лично я почла бы мысль о том, что меня будут сравнивать со многими прекрасными женщинами, что предшествовали мне, обескураживающей, но, сдается мне, я просто привередлива.

Аннабел широко улыбнулась. С виду Гризелда была истинно кроткой, истинно женственной леди. И все же… Имоджин, казалось, призадумалась.

– Прекрасно! – наконец сказала она. – В таком случае я остановлю свой выбор на графе Ардморе. Поскольку он пробыл в Лондоне всего неделю или около того, ему при всем желании не с кем меня сравнивать.