I

Обервинтер, Германия

В то утро деревню укрывал толстый слой снега. Ледяная тишина сковала улицы. Машины, припаркованные у гостиницы, были скованы коркой изморози — все, кроме одной, в которой рука в перчатке расчистила просвет на лобовом стекле. За тонированным стеклом светился неровным светом красноватый глазок сигареты.

По ступенькам в гостиницу торопливо взбежала молодая женщина. Она была одета словно для пробежки: свитер с капюшоном, спортивные брюки, кроссовки, шерстяная шапочка и небольшой рюкзак на спине. Вот только утро было для пробежек неподходящее, и никто еще не выходил из гостиницы после ночного снегопада — не оставил следов на снегу. Она подошла к двери и исчезла за ней. Сигарета в машине засветилась ярче, а потом погасла.

Джиллиан поднялась по лестнице на верхний этаж гостиницы, на цыпочках прошла по площадке и проскользнула в свой номер. Сквозь занавеси внутрь просачивался грязноватый сумеречный свет, отчего убогая комната выглядела еще более удручающе. Все провоняло никотином: тонкий матрас и нетронутое постельное белье, мебель, густо покрытая лаком, протертые дорожки на полу. Черный ноутбук на туалетном столике являл собой единственный знак перемен, произошедших здесь за последние тридцать лет.

Джиллиан стащила с головы шапочку и тряхнула черными как смоль волосами. Посмотрела на себя в зеркало и почувствовала слабый укол удивления: ей все никак не удавалось привыкнуть к новому цвету волос. Если она не может себя узнать, то, вероятно, и другим это будет не по силам. Она расстегнула молнию свитера и сняла его. Ее бледные руки были испачканы, пальцы растрескались и кровоточили после лазания по скалам в темноте, но она этого не замечала. Она нашла то, за чем приехала. Подойдя к компьютеру, Джиллиан раскрыла его и включила. На улице хлопнула дверь машины.