— Но я… я не няня, я — учительница.

— Учительница, которая настолько добра, что тратит больше времени на жизненные проблемы своих учеников, чем на занятия с ними. Материнский инстинкт, Сара, — это такая вещь, которой нельзя научить или научиться.

« Материнский инстинкт»— эти слова почему-то заставили сжаться ее сердце.

— Я не уверена, что могу взяться за такую работу, — возразила она. — Ведь это несправедливо по отношению к Роберту — он будет на меня рассчитывать, когда…

— А я и не предлагаю вам постоянную работу, это неразумно как для него, так и для вас. Я не отрицаю, сейчас он очень расстроен, но к вам он почему-то сильно привязался. Он мой сын, Сара, и я, естественно, хочу, чтобы он был счастлив и забыл то время, когда…

— Когда он лишился матери и бабушки? — резко спросила Сара. — Но это нечестно. Он должен их помнить, говорить о них. А как же он может это делать, если вы не скрываете от него, как вы относились к его матери.

Она замолчала, поняв, что зашла слишком далеко.

— Я начинаю понимать, почему вы не годитесь в учителя, — сурово сказал Грей.

Она быстро отвернулась, чтобы он не заметил выступивших на ее глазах слез. И с чувством уязвленной гордости она произнесла:

— Но на роль матери я тоже не гожусь, думаю, вам ее лучше найти более привычным способом.

— Жениться во второй раз, вы хотите сказать? — Его глаза блеснули, как два осколка стекла, на лице застыло горькое выражение. — Давайте оставим эту трясину чувств и вернемся на твердую землю. Я и не рассчитывал, что вы замените Роберту мать. Просто я хочу выяснить: заинтересует ли вас работа у меня в качестве няни Роберта? И если это так, то должен предупредить: мне нужно ваше письменное согласие на срок не менее года.

Сара решила отказаться: она даже и думать не может о подобной работе, так как совершенно ясно, что они не уживутся друг с другом. И дело было не только в этом: она остро ощущала, сколь опасен он для нее как мужчина.