Спекуляции по поводу неизвестной болезни постепенно вывели Николая из затянувшейся на месяцы меланхолии. Он перестал ломать себе голову по поводу мнимой опасности, коей грозили миру его наблюдения, и вместо этого вновь посвятил себя своим занятиям. Прошло уже больше года с тех пор, как он публично объявил о том, что явления природы кажутся ему выстроенными вовсе не так, как об этом пишут в книгах. Это выступление кончилось для него весьма плачевно. Вот и сидит он теперь в этом медвежьем углу, начисто лишенный всякой связи с образованными людьми, и может радоваться, что у него не отняли место помощника городского врача Мюллера и грошовый заработок. Здесь, слава богу, никто не знал об идеях, высказанных лиценциатом Николаем Рёшлаубом, идеях, которые год назад, в Фульде, стоили ему лишения средств к существованию, и теперь Николай не испытывал ни малейшего желания обращать на себя внимание общества.
Но кошачий мор не давал ему покоя. В течение всей весны и большую часть лета он, насколько позволяло время, наблюдал случаи смертей среди кошек и фиксировал их. Поступить по-другому он просто не мог, с полным основанием считая, что природа хочет что-то сообщить людям и выбрала для этого язык, который ему еще предстояло выучить. Он записывал и фиксировал каждый случай, становившийся ему известным. Он даже анатомировал некоторых павших животных и всегда находил одну и ту же малопонятную картину: вся брюшная полость была заполнена гнилой, черной, зловонной жидкостью, в которой плавали какие-то темные комья. «Как грязь на дороге», — записал он в своем дневнике.
Работа утешила его, заставила забыть о пережитом в прошлом году унижении, с которым он так и не смог смириться.
В то время он только что сдал выпускные экзамены в Вюрцбургском университете и получил звание лиценциата медицины. Для получения степени самым существенным условием была оплата трехдневного кутежа всего факультета, но на это у новоиспеченного лиценциата не хватило денег. Вот так, не имея ученой степени и под давлением отца, которому нужен был помощник в аптеке, он и оказался в Фульде.