— Проходи, гостиная там, — произнесла она с деланной небрежностью. — А я схожу за бокалами, ножом и вазой для фруктов.

— Давай в кухне порежем помело, — предложил Серж, выпрямляясь.

— Д-давай. — Джун сильнее смутилась.

Эту квартиру она купила сразу после развода с мужем и никого из мужчин, за исключением друзей вроде Майкла, сюда не приводила.

Поэтому-то и испытала странные чувства, когда Серж, со свойственной ему уверенностью и непосредственностью, не переходящей, однако, в наглость, проследовал за ней в кухню и принялся доставать из пакета покупки.

Джун с удивлением отметила, что, несмотря на смущение, в которое ее приводит присутствие Сержа и которое она пытается от него скрыть, им легко вдвоем. У нее было такое ощущение, что он очутился в этой кухне далеко не впервые и что они очень близки по духу, как люди, многие годы прожившие бок о бок.

Удивительно, но ей ничуть не хотелось что-то ему доказывать, демонстрировать свою независимость, самостоятельность. Она даже чувствовала себя с ним более слабой, чем обычно, но не раздражалась, а, наоборот, радовалась этому.

Они вместе перенесли в гостиную шампанское и фрукты. Серж наполнил бокалы и проникновенно посмотрел Джун в глаза.

— Когда я увидел тебя сегодня, то испытал какое-то странное новое чувство, — признался он.

Джун захотелось расспросить его, что это за чувство. Но губы словно онемели, а слова, которые она так давно привыкла складывать в красивые предложения, выветрились из головы.

— Давай выпьем за многообразие ощущений и приятные встречи, — сказал Серж, приподнимая бокал и обнажая в ослепительной улыбке белые ровные зубы.

Джун кивнула и поднесла бокал к губам.

Шампанское оказалось восхитительным, но она, слишком взволнованная и опасающаяся потерять над собой контроль, сделала лишь пару глотков и поставила бокал на столик.

— Может, посмотрим кассету с записью свадьбы Роланда? — предложила она, обрадовавшись этой пришедшей ей в голову мысли.