Серж легонько ткнул ее большими пальцами в ребра, и ей стало понятно, что он дурачится.

— А-а-а! — завопила она, с неожиданным удовольствием включаясь в игру. — Убива-ают!

В собственном же доме!

Ее никто не мог услышать. Соседи из квартиры слева жили летом за городом, от всех остальных их отделяли слишком толстые стены.

— Вот именно! — с деланной свирепостью произнес Серж и схватил ее за шею, якобы пытаясь задушить.

Она отчаянно закрутила головой, вцепившись в его руки и заливаясь звонким беспечным хохотом. Их милая борьба продолжалась с полминуты, потом Джун резко оттолкнула его от себя и отпрыгнула подальше, поправляя блузку.

— Так всегда и бывает, — тяжело вздохнула она, выпячивая губы и прикидываясь обиженной. — Сделаешь человеку хорошее и обязательно за это поплатишься. Я пригласила тебя, разрешила остаться до утра…

— Ну-ну, не дуйся… — протянул Серж с таким видом, словно поверил, что она сердится. — Уже ухожу. — Он поднялся с дивана и взглянул на часы. — Ого! Половина девятого!

«Уже ухожу», эхом отдалось в мозгу Джун. Ее вдруг охватило отвратительное предчувствие холодной пустоты, разъедающей сердце тоски, а в руках закололо от страстного желания повиснуть у Сержа на шее и никуда его не отпускать.

Нет. Ничего подобного она никогда в жизни себе не позволяла. Не могла позволить и теперь.

Особенно теперь. Ей никто не нужен. Продолжительные отношения с мужчинами ее не интересуют.

Пусть уходит, с мрачной решимостью думала Джун. Чем быстрее, тем лучше. Я должна поскорее выбросить из головы всю эту чушь.

Надо прийти в себя.

Серж неторопливо оделся, подошел к дивану, у которого продолжала стоять наблюдающая за ним Джун, обнял ее за талию, с повелительной уверенностью притянул к себе и поцеловал.

Из мгновенно затуманившейся головы Джун тут же выветрились мысли о необходимости забыть о нем.