– Но красива ли она, дедушка? - спросила леди Анджела Воэн.

– Любая девушка красива, если у нее нет недостатков, о которых я только что упомянул, - ответил барон. - К тому же красота не имеет особого значения при выборе невесты. По крайней мере, для герцога. - А вдруг она высокая? - промолвила внучка. - Едва ли, - ответил дед. - Большинство женщин, которых я знал, очень высокими не были.

– Но если она выше Пола? - Анджела снова посмотрела на брата. Даже самый великодушный человек не сказал бы, что его рост хоть на инч превышает средний. - Какая разница? - Барон явно начал раздражаться. - Пол не может быть ниже жены - это унизительно. Не так ли. Пол?

Митфорд улыбнулся сестре.

– Анджи, я смирился со своим ростом в двадцать лет, когда понял, что больше уже не вырасту. Это даже не задевает меня.

– К тому же, дорогие мои, - вставила их мать, - есть качества более важные, чем внешность или рост: происхождение и воспитание. Происхождение мисс Мидлтон вам известно. Не сомневаюсь, что и воспитана она отменно. Полу нужна именно такая жена. Он - воплощенная добродетель и наделен чувством собственного достоинства, несмотря на молодость. Мой сын заслуживает самой лучшей жены.

Леди Ньюмен ласково улыбнулась своему единственному сыну и протянула ему руку. Митфорд склонился над ней и поцеловал.

– Мама, я сейчас же пойду и напишу письмо, - сказал он. - Попрошу разрешения нанести визит в Нортгемптоншир, как только получу благоприятный ответ, встречусь с мисс Мидлтон и сделаю ей предложение.

– Мой дорогой мальчик, - леди Ньюмен поцеловала сына в щеку, - уверена, ты не пожалеешь о принятом сегодня решении. Ты всегда поступал правильно и разумно. И клянусь, ты будешь вознагражден крепкими сынишками и милыми дочками.

Лорд Эйнсбери встал, чтобы пожать Митфорду руку. - Я горжусь тобой, мой мальчик. Как только Ратленд упомянул о своих внучках, я сразу смекнул, что одна из них подойдет тебе. Я всегда буду удовлетворен тем, что все это устроил. - И он просиял от удовольствия.