– Вам не нравится ваш рост?

– Чаще всего от этого происходят одни не­приятности, – призналась она.

– Не думаю, вы такая изящная.

Ответ понравился – приятный комплимент мимоходом. Конрад, видимо, более опытен в от­ношениях с женщинами, чем она думала. Он вовсе не пользовался репутацией плейбоя­ – этот титул безраздельно принадлежал Рэю. Мол­ва донесла – Конрад серьезный человек, много работающий и довольно сдержанный. Ну и, ко­нечно, завидный жених – богатый, с прекрасной внешностью, хорошо воспитанный. Ему за три­дцать – самое время подыскивать жену. Но по семейной традиции претенденткой будет только блондинка. Брюнетки, а также шатенки со вздо­хом оставляли его в покое, поняв, что кокетни­чать с ним – напрасная трата времени. А блон­динками эти южные края не богаты. Глупый принцип семьи, возможно, оберегал завидного жениха от излишней суеты на женском фронте.

За их спинами появился Рэй. Он вышел на террасу и прислушался к беседе. Подтащив стул, сел на него верхом, положив руки на спинку. Досадно, что он вторгся в разговор, но ничего не поделаешь, надо продолжить беседу.

– Мне показалось странным, что ваш отец, выросший в семье виноделов, не интересуется главным делом семьи.

– Откуда у вас такая информация?

– Кто-то из гостей мне рассказал, что ваш отец художник и даже не держит акций фамильной винодельческой фирмы, – выпалила она, в душе проклиная себя за то, что обнаружила из­лишнюю осведомленность.

Конрад утвердительно кивнул.

– Да, это так, но тем не менее отец Рэя ценит хорошее вино.

Рэй посмотрел на нее смеющимися глазами.

– Но кто вам все-таки сказал, что он­ художник? – спросил он с ехидцей, словно желая вывести всезнайку на чистую воду.

Но Стефани оказалась достойной противницей.

– Разве не вы сами мне сказали об этом? – ­спросила она с притворным простодушием и, не дожидаясь ответа, обернулась к Конраду: – А вы не интересуетесь искусством?