– Мой вид вас не касается.
– Ага, понятно. Ты бережешь себя для Конрада, не так ли? – Рэй отступил и засунул руки в карманы брюк. – Высоко метишь, Стефани.
Она вскинула голову.
– Высоко? А что же тут плохого, если высоко?
– Ну, плохого в этом, может быть, и нет, но мой кузен предпочитает другой сорт девушек, хоть ты и блондинка. Может быть, цвет твоих волос надоумил тебя попробовать подцепить Конрада? Ты ведь знаешь нашу мужскую семейную традицию – жениться на блондинках?
Стефани не стала отвечать. Она почувствовала угрызения совести из-за того, что однажды, прочитав об этой традиции в каком-то журнале, действительно подумала, что имеет маломальский шанс – ведь она натуральная яркая блондинка.
Она зло посмотрела на мужчину, и тот немедленно истолковал это как подтверждение своих слов.
– Так и думал! – Он радостно хохотнул. Если бы ты знала, сколько белокурых девиц натуральных и крашеных – вешались Конраду на шею!
Блондинка не блондинка, шут с ним! Но ведь сумела же она разговорить человека, они нашли там, на террасе, общий язык, мило беседовали. Значит, шанс остается?
– Позвольте вообще усомниться в правильности выбора супруги, словно лошади, по масти. Ваш брат, мне кажется, выше подобного принципа.
– Не думаю. Конрад стойко блюдет обычаи семьи. Кстати, учти, ненавидит ложь и коварство. Если он обнаружит, что ты хитростью пробралась на сегодняшний прием и ни за что ударила этого бедного американца – Рэй криво усмехнулся, – ты вылетишь отсюда со скоростью молнии.
– Как вы смеете со мной так разговаривать? И вообще, что вы от меня хотите?
– А почему я должен от тебя чего-то хотеть?
– Мужчины всегда чего-то хотят от женщин, – уверенно сказала Стефани, памятуя свой уже немалый жизненный опыт. – Вы пытались меня поцеловать, и вам пришлось не по нраву, когда я сказала «нет». А теперь вы еще угрожаете выкинуть меня отсюда. Очень прошу вас – ведите себя спокойно.