Даже теперь он не мог до конца поверить в то, что Чарли так поступил с ним. «Дэнстед Корпорейшн» была основана на равном партнерстве. Чарли вложил в дело большую часть первоначального капитала, а Дэн отдал компании свои технические знания и финансовое чутье.

Дэн вспомнил телефонный звонок, раздавшийся в его коннектикутской квартире две недели назад. Разве знал он, чем для него обернется этот звонок?

– Дэн, думаю, ты должен знать, что нам вчера звонила Коринн, – сообщил по телефону Фрэнк Голдберг.

– Коринн? – не сразу сообразил Дэн.

Он собирал вещи для поездки в Китай и в данный момент упаковывал туалетные принадлежности в дорожную сумку. Он так преуспел, запрещая себе думать о странном браке Чарли, что несколько секунд не мог понять, о ком речь.

– Да, Коринн Стеддон, вдова Чарли, – терпеливо повторил адвокат. – Она позвонила вчера и настояла на личном разговоре со мной. Она заявила, что у нее имеется еще одно завещание Чарли, более позднее, чем то, которое хранится у нас в конторе. Сегодня утром я получил его копию срочной почтой. Я просмотрел завещание, Дэн. На мой взгляд, оно составлено безукоризненно.

– Что ты хочешь этим сказать, Фрэнк? – спросил Дэн, предчувствуя что-то недоброе.

– В новом завещании Чарли оставляет свою долю в «Дэнстед Корпорейшн» Коринн при условии, что она снова не выйдет замуж. Пока она свободна, может распоряжаться ею без каких-либо ограничений.

В телефонной трубке воцарилось короткое молчание.

– Чарли владел пятьюдесятью одним процентом акций, – медленно произнес Дэн. – Он хотел передать свою долю под опеку Коринн, а меня назначить распорядителем пакета. Он должен был именно так составить завещание, иначе я не получу большинства голосов в правлении.

– Дэн, это я составлял первое завещание для Чарли. Я знаю, о чем в нем говорится и почему оно составлено именно так, – заверил его Фрэнк Голдберг.