Девочка опустила голову, стараясь не смотреть в глаза матери.

— Софи, — Кэсси осторожно подняла подбородок дочери. — Дорогая, когда ты не пришла из школы вовремя, мамочка очень, очень забеспокоилась. Я думала, с тобой случилось нечто ужасное.

— Ужасное… случилось, мама, — пробормотала Софи. Она взглянула на мать. На ее темных ресницах блестели слезы. — В школе…

— Что случилось, милая? — тихо спросила Кэсси.

Софи шмыгнула носом и снова принялась разглядывать носки своих ярко-желтых ботинок.

— Дети в школе… они смеялись надо мной. Я им рассказала про метеоритный дождь и про то, что собираюсь сделать для научной выставки… — Софи подняла на мать полные слез глаза. — Они обозвали меня вруньей, а потом смеялись…

— Они назвали тебя вруньей и смеялись над тобой? — повторила пораженная Кэсси.

Софи всю неделю волновалась из-за предстоящей выставки. Наука была ее страстью. Особенно Софи интересовало устройство Солнечной системы — в Мэдисоне их соседкой была пожилая дама, профессор, она и привила девочке любовь к астрономии.

Кэсси бросила школу в старших классах, и ее клонило в сон от одного упоминания о научных терминах и теориях. Но ее маленькая девочка росла совсем другой…

— Мне так жаль, милая. — Кэсси обняла дочку, опустившись передней на одно колено. —

Невесело, когда над тобой смеются или обзываются, особенно друзья. А теперь скажи мне, малышка, почему дети смеялись над тобой? — Кэсси ободряюще улыбнулась дочке.

— Они говорят, что я слишком умная. — Софи потерла кулаками заплаканные глаза. — Я им не нравлюсь, мама! — Девочка, всхлипывая, крепко обняла мать. — Я им не нравлюсь, поэтому я хотела убежать.

— Ты… хотела убежать? — повторила Кэсси, стараясь справиться с дрожью в голосе — ей не хотелось еще сильнее расстраивать Софи.

— Да, мама, но доктор Бо меня нашел. И рассказал мне о правиле первого класса.