Чарли откинулся забинтованной головой на подушку и поглядел на свою правую руку. Что бы ни случилось с ней у него дома, теперь все прошло. Рука была его, может быть, она была его все время. Джудвин говорил ему о синдроме бунтующего тела: убийца заявляет, что его конечности не повинуются, что дело не в его больном мозге, а в непослушании рук.

Что ж, он понимает это. Он психически болен, и в этом все дело. Пусть делают с ним, что хотят, своими таблетками, лезвиями и электродами: он предпочтет это еще одной такой кошмарной ночи, как предыдущая.

Появилась сиделка, уставившаяся на него так, словно удивлялась, что он выжил. Он лишь мельком увидел ее встревоженное лицо и почувствовал на лбу приятную прохладную руку.

- Его можно допросить? - спросил Рафферти.

- Нужно проконсультироваться с доктором Мэнсоном и доктором Джудвином, - отозвалось встревоженное лицо и попыталось ободряюще улыбнуться Чарли. Она знала, конечно, что он не в себе. Может, она боялась его: кто ее за это осудит? Она пошла консультироваться, оставив Чарли на все еще нервничающего Рафферти.

- Эллен? - спросил Чарли.

- Это ваша жена?

- Да. Я хочу знать... она?..

Рафферти опустил глаза.

- Она умерла.

Чарли кивнул. Он знал, но нужно было убедиться.

- А что со мной?

- Вы под наблюдением.

- Что это значит?

- Это значит, что я наблюдаю за вами, - сказал Рафферти.

Он явно старался быть полезным, но толку от него было мало. Чарли попробовал снова:

- Я имею в виду... что будет после? Будут меня судить?

- А за что вас судить?

- Как? - переспросил Чарли, не уверенный, что верно расслышал.

- Вы ведь жертва, не так ли? Вы не делали этого? Кто-то отрезал вашу руку...

- Да. Это сделал я сам.

Рафферти долго не мог выговорить ни слова.

- П-простите?

- Я это сделал. Я убил свою жену, потом отрезал себе руку.