Кэйси протянул над водой свою тонкую руку с недоеденным "хот-догом", его большие синие глаза следили за кружившей неподалеку чайкой. Чайки постоянно летали вслед за паромом на остров Мартас-Вшгьярд и не боялись людей. Одна подлетела к протянутому угощению и зависла на неподвижных крыльях, будто ее, как марионетку, держали на невидимых ниточках.

- Осторожно, Кэйси, как бы она не клюнула тебя в руку, - ласково сказала Джоанна. - Лучше брось ей.

Она осмотрелась в поисках свободного сиденья, но, как обычно в начале июля, паром был заполнен отдыхающими, которые направлялись на остров. Здесь были семьи всех размеров и возрастов, жаждущая приключений молодежь с рюкзаками и несколько пар новобрачных.

Джоанна устало вздохнула. У нее не было с ними ничего общего. Она чувствовала себя одинокой, изможденной и очень, очень старой. Неужели ей всего двадцать четыре? Ее мучило дурное предчувствие, что не надо было ехать. Ведь шесть лет назад она поклялась, что ноги ее больше не будет на Винъярде.

Но приглашение отца казалось таким соблазнительным...

Дорогая Джоанна!

Как дела у моей девочки ? У нас с Вив все в порядке, если не считать, что в последнее время мы живем в бешеном ритме. Моя фирма открывает филиал в Сан-Франциско, и мне нужно туда поехать, чтобы навести порядок в бухгалтерии. Я уезжаю из Бостона в конце июня. К сожалению, осталась всего одна неделя. Вив уже там - полетела к сестре в Пало-Алъто, подыскивает для нас квартиру.

Нас не будет месяца четыре, и осталась нерешенной одна проблема: наш коттедж на Мартас-Винъярде. Мы думали сдать его в аренду, но все же не хочется, чтобы там жили чужие люди. А если оставить дом пустым на лето, он станет приманкой для воров.