Опираясь на руки Уолла, пассажирка в конце концов спрыгнула с самолета. Выйдя из-под крыла, она оказалась на солнце, и Митч едва перевел дыхание. Ребекка Валентайн была высокой женщиной с золотисто-каштановыми волосами, убранными в пучок, — лишь несколько выбившихся вьющихся прядей обрамляли красивое лицо.

Улыбка тронула ее полные губы, но он неотрывно смотрел в глаза — светло-голубые, почти серые. Он не понимал, что не отрывает от нее взгляда, пока дочь не толкнула его.

— Мисс Валентайн, я — Митч Такер, — сказал он наконец и протянул руку. — Добро пожаловать в Вайоминг.

Рукопожатие ее было крепким.

— Пожалуйста, зовите меня Ребекка.

— А меня — Митчем. — Он быстро повернулся. — А это моя дочь Грета.

Она взяла руку девочки.

— Вот мы наконец и увиделись.

— Я тоже рада встрече, мисс Валентайн.

— Но раз уж мы все будем работать вместе, зови меня Ребекка.

Грета повернулась к отцу и получила в виде кивка его согласие.

Митч поставил перед собой сына. Пятилетний пацан уже вымазался в грязи, волосы его были всклокочены.

— А это Колби.

Гостья пригнулась и заглянула ему в глаза.

— Привет, Колби!

Колби улыбнулся, показав отсутствие нижнего зуба.

— Привет, Ребекка! Мне пять лет! — он поднял вверх пять пальцев.

— Вот это да! — сказала она. — Бьюсь об заклад, ты скоро пойдешь в школу.

Он кивнул головой.

— В этом году я пойду в детский сад.

Митч направился к джипу.

— Ну, поехали домой.