– Я... я дам вам блюдце, мистер Хаттон. – Тина выскользнула на кухню и торопливо сняла шарф и фартук. Нежданный визит выбил ее из равновесия, почему-то она не верила, что сестрица тетушки Мод прискакала из Бирмингема, снедаемая нешуточной тревогой. Если вы беспокоитесь о ком-то, то сразу справитесь о нем, а уж потом будете интересоваться его домом. Тина почувствовала внезапно нахлынувшее раздражение, вернувшись в гостиную и услышав, как Сара Хаттон заверяет мужа, что тетушка Мод сохранила дом в хорошем состоянии и теперь он стоит в три раза больше, чем в прежние времена.

Сидней Хаттон развалился в кресле у камина, скрестив ноги, а когда Тина поставила на подлокотник кресла блюдце, смерил девушку таким взглядом, что ей захотелось влепить ему пощечину.

– Спасибо, Тина, – осклабился он. – Так ты дочка Джорджа, да? Повзрослела и присматриваешь за домом, пока тетушка болеет?

– Бедная старая Моди! – Сара выудила из сумки крокодиловой кожи пачку сигарет. – Я была потрясена, когда получила ее письмо. Мы, правда, давно не виделись, но в такой момент обо всех семейных дрязгах надо забыть. Она пишет, что готовится к операции. Это правда, Тина?

– Да, миссис Хаттон. – Тина села по другую сторону стола, чтобы избежать оценивающих взглядов Сиднея Хаттона. Животное! Его масленые глаза вызывали в ней отвращение.

Его жена выпустила облачко дыма.

– Тина, мы собираемся ее навестить сегодня днем. Ты ведь уступишь нам время своего посещения?

– Конечно, миссис Хаттон, раз уж вы проделали столь долгий путь. Уверена, что тетя Мод будет вам рада. Вам ведь есть о чем поговорить.

Услышав иронию в голосе Тины, Сара сузила глаза. Затем, увидев перед собой всего-навсего худенькую перепуганную девушку с бледными щечками и дрожащими губками, она самодовольно ухмыльнулась, скрестила ноги в туфлях из крокодиловой кожи и потянулась к блюдцу для пепла унизанной кольцами рукой.