Яна открыла глаза. Без четырех минут семь. Протянула руку и отключила будильник. Она терпеть не могла вставать по звонку и поэтому так натренировала свой организм, что просыпалась за несколько минут до сигнала, возвещающего начало нового дня. Но если приучить свои глаза открываться в нужное время Яне удалось, то заставить просыпаться одновременно с глазами все остальные части тела пока не получалось. Яна вздохнула, перевернулась на спину и потянулась. «Раз, два, три», — мысленно сосчитала она и рывком села. Взглянула в окно. Солнце. Это хорошо. Вчера целый день лил дождь. Казалось, ему конца и края нет. А вон как все повернулось. Впрочем, для Питера в этом нет ничего удивительного. Погода здесь меняется по десять раз на дню. Только что падал снег, а уже, смотрите-ка, жара подползает. И наоборот. Поэтому не забыть бы послушать метеопрогноз: надолго ль к нам солнце или так, подразнить?

Яна встала, подошла к окну и потянула на себя фрамугу. Тихо. Никого. Яна любила просыпаться в одиночестве. Никто не мешает раскачаться, никто не путается под ногами. Впрочем, в строгом смысле слова она не была сейчас одна. Дочь спала в своей комнате. Наверняка проспит до обеда. Каникулы. Чем ей еще заниматься? Она, правда, рвется работать. Зарабатывать. Чтобы были свои деньги. Как будто ей не хватает тех, которые дает Яна. Или отец. Но дочь желает самоутверждаться. Пускай. Хоть при деле будет. В дни летних каникул Яна часто ловила себя на мысли: чем заняты все эти мальчики и девочки, толпами слоняющиеся по городу? Чем она, Яна, заполняла свое лето, когда училась в школе? Да ничем. Они с сестрой ездили на море, к бабушке. А там всегда находилось чем заняться. Подрабатывать? В голову не приходило. В этом смысле они были куда более инфантильными, чем современные дети.

Яна потянулась и почувствовала, что наконец-то включилась в новый день.