Топчанв призадумлся. Могли быть бабки и приличные, Маркон дал ему этот контракт, чтобы встал на ноги. ну и Маркону принес прибыль. Но что-то не получается. Да и хрен с ним, в худшем случае Маркон поугрожает малость и успокоится, другое дело найдет. С банком хуже, могут всерьез "наехать", или даже посадить. Но в принципе, тоже не страшно. Пойдет на вторую ходку в зону, так хоть все понятно, ясно кому чего, а здесь - хрена два про...

- Ладно, кончай орать, Гена. Сейчас разберемся с этим Чубайсом, сказал Топчанов. - Напомним ему, что к чему.

- Боря! - в ужасе завопил Моторный. - Нам пора возвращать кредит банку! Платить сотрудникам, погашать задолженность по арендной плате! А если венгры потребуют неустойку? Вчера Ласло Прюник меня доставал, сегодня Иштван Крандль звонит. Что им сказать?

Топчанов взял трубку телефона, махнул рукой.

- Ща все решим. Ты зам, Гена, вот и успокой этого... Кренделя хренова. Пообещай ему прюник... в смысле - пряник. А я звякну Чубайсу.

Моторный со страдальческим выражением лица вышел в "предбанник", неплотно прикрыв дверь. Ладно, придуривался, когда дела шли нормально, но теперь-то! Может он совсем ненормальный? Хоть бы за месяц зарплату получить - и к чертовой бабушке отсюда!

- Але, Толя? - послышался из-за двери жизнерадостный голос. - Привет, это Топчанов. Ну, как жизнь, все нормально? У меня тоже. Слушай, ты почему отключил электричество верхнеозерцам? Нехорошо, Толя, понимаешь, это же международный конфликт.

Шура осторожно включает громкую связь на паралельном аппарате, убавив громкость до минимума, но слышит лишь длинные гудки. Топчанов просто имитирует разговор. Моторный яротсно крутанул пальцем у виска, показывая свое отношение к такому хозяину фирмы.