– Но вы не боитесь, что я причиню вам физическую боль? – уточнил Джаред, чтобы окончательно все прояснить, и обнимавшие Каланту руки невольно расслабились – так велико оказалось потрясение.

– Разумеется, нет.

Она действительно не считает его монстром. Более того, она думает, что он сильный человек. Человек, а не чудовище.

Впервые после смерти Мэри кто-то еще, кроме членов семьи, посмотрел на него благожелательно. Это немного смягчало боль от потери друга, только Джаред не понимал, каким образом. Кроме того, его смущало, что он находит утешение в обществе вдовы человека, которого невольно ненавидел.

Каланта снова отпрянула, на этот раз сумев высвободиться из его ослабевших объятий.

– Я должна уйти.

Джаред сурово посмотрел на нее:

– Нет.

– Пожалуйста, Джаред. Вы должны понять, что я не могу оставаться здесь с вами. Не сейчас. – Свет из окна дома падал на ее встревоженное лицо.

– Потому что вы сказали правду? – И тут до него дошло, что Каланта вообще ни разу не солгала… пока.

– Пожалуйста. Право же, я достаточно вам отвечала. Теперь, когда вы все поняли, позвольте мне уйти домой.

– Но я не понимаю вас, пока еще нет. Хотя и пытаюсь изо всех сил. – Он снова положил руки Каланте на плечи и легонько притянул ее к себе, отметив, что она опять вздрогнула от его прикосновения.

Однако испуганной она не выглядела и вырваться не пыталась. Где-то в глубине души Джаред точно знал, что не он вынуждает ее избегать физических контактов. Здесь что-то другое, и однажды она ему все объяснит – уж он об этом позаботится.

Джаред опустил голову, его губы оказались на расстоянии вздоха от губ Каланты, и он вдохнул запах роз и ее собственный сладкий женский аромат.

– Я еще многое должен понять…

– Прошу вас…

Он не знал, молит ли она отпустить ее или поцеловать, и выбрал последнее.

Губы Джареда нежно коснулись ее губ, и Каланта испугалась, что лишится сознания от пронзивших ее чувств. Она еще никогда не испытывала таких глубоких ощущений, и никогда еще к ее губам не прикасались с таким благоговением.