— О, там холодно, — сказала она с какой-то странной улыбкой, — очень холодно.

— Так вы с севера?

— Можно сказать и так.

Маргарет посмотрела прямо на него, и прятать взгляд было уже бессмысленно, Трей снова оказался во власти этих зеленых очей, заставивших его затаить дыхание. Всего лишь одно мгновение — и он уже безвольный и безмолвный. Всего лишь один взгляд — и он не может уже контролировать себя.

— Ну хорошо, — сказала она, беря в руки поднос с пустой посудой, — я, пожалуй, пойду. Спасибо, что составили мне компанию.

Он почувствовал себя одновременно и освобожденным, и лишенным чего-то, когда она перевела свой взгляд с его лица куда-то вдаль.

— Позвольте мне позаботиться об этом, — сказал он, вставая, и взял поднос с посудой из ее рук. — И, кстати, не забудьте про посиделки у костра, они начнутся примерно через час. — Он коснулся края своей шляпы на прощание и развернулся, чтобы уйти. Но, удаляясь от нее, кожей чувствовал, что она следит за ним. Это ему было не в новинку. Женщины частенько замечали его, провожали взглядом. И ему нравилось, что он вызывает интерес у противоположного пола. Он даже добивался его. Без ложной скромности он мог сказать о себе, что привлекателен как мужчина, в нем есть и мужская грация, и мужское обаяние. К тому же в отличие от всей породы ковбоев он не был молчалив и груб. Всегда старался быть разговорчивым, вежливым и учтивым, чем, конечно же, зарабатывал себе дополнительные очки. И одежду выбирал со смыслом. Конечно, не столь щепетильно, как женщины, но понимал, что дамам нравится. Джинсы должны быть с заниженной талией и легким клешем и обтягивать все то, что так нравится обозревать прекрасному полу. И ворот рубахи он никогда не застегивал наглухо, чтобы видна была темная поросль на груди. Он был готов поклясться, что дамам это нравится. Хотя, может быть, такое мнение сложилось у него из-за того, что сам он любил, когда на женщинах была обтягивающая одежда, а глубокие декольте дразнили сладкой ложбинкой.