— Это капитан Роуз, ребята. Я бы не стал с ним ссориться.

Большинство присутствующих повернулись к говорившему, но не два угрожавших Роузу противника, с которых капитан не сводил глаз.

— Розочка

Его приятели приглушенно хихикали, но двигались неуверенно, как мокрый песок.

— Капитан Роуз с «Черного лебедя», — продолжал тот же спасительный голос. — Ломает руку каждому, кто замахивается на него ножом.

Три других негодяя слегка попятились. Роуз не имел понятия, кто был говоривший, но молча поблагодарил его, надеясь, что все же не придется действовать согласно почетному представлению.

Капитан Роуз и его шхуна «Черный лебедь» были хорошо известны на этом участке южного побережья. Большую часть времени «Лебедь» занимался обычной торговлей, но иногда плавал по незаконным делам через Ла-Манш. Роуз был уверен: люди на побережье знают, что «Черный лебедь» работал не в пользу французов, тем более во время последней войны. Даже самая жалкая кентская морская крыса не отнеслась бы благосклонно к тому, кто помогал их извечному врагу.

Все местное население знало, что Роуз, капитан «Черного лебедя», был законопослушным англичанином и хорошим моряком, но славился и другим: тем, что получал удовольствие от кулачного боя, и да, тем, что не позволял никому поднять на него оружие.

Но тем капитаном Роузом был другой.

Он же — герцог Айторн, для своих друзей — Торн.

А тем капитаном Роузом был Калеб, его незаконнорожденный единокровный брат.

Торн был таким же хорошим моряком, как Калеб, а быть может, даже лучше, но не находил удовольствия в бессмысленных потасовках и мало преуспевал в драках. В этом состояло различие между ними, а внешне они с Калебом были похожи как две горошины в одном стручке. Небольшое отличие в чертах скрывалось черной щетиной, которая иногда превращалась в бороду, а чтобы создать полную иллюзию, капитан Роуз и его брат носили, необычную одежду — старомодный черный сюртук, алый шейный платок и серьгу в виде черепа с рубиновыми глазами.