— Ничего подобного, — сквозь смех пробормотала Грейс. — Даже скорее наоборот. Знаешь, Мэб, у меня никогда не было иллюзий. Будь я красивой, может, и нашелся бы кто-то, кто не стал бы обращать внимания на мой изъян. А так…

— Не говорите глупостей, мисс Грейс! Я…

— Ну хватит ворчать, помолчи хоть минуту, — взмолилась Грейс. — Ты пойми, я вполне довольна своей участью, так что и говорить не о чем. Если ты в самом деле беспокоишься за меня, постарайся убедить всех, что для моей репутации никакой угрозы от человека, который при смерти, нет. А еще лучше добавляй, что такой симпатичный джентльмен, как Анри, даже если б он был здоров и любил поволочиться, нашел бы кого-нибудь поприличнее, чем женщина двадцати восьми лет, да еще хромая!

Довольная тем, что старая нянька, потеряв дар речи, сидит молча, Грейс допила кофе, поднялась из-за стола и пригладила руками широковатую юбку зеленого миткалевого платья, которое пришлось надеть, потому что синее, в котором была до этого, она испачкала в крови и грязи, пока возилась с раненым. Не успела Грейс дойти до двери, как послышался сильный стук, возвестивший о появлении первого из целой армии визитеров, что посетят в этот день ее дом.

Джо Пайперу не требовалось извиняться за свой визит, потому что Вонтс располагался лишь немного в стороне от его обычного пути из Рейнхэма в Веннингтон, самую дальнюю и крупную деревню округа, где находился почтамт, а оттуда к нескольким адресатам, оплатившим доставку почты на дом. Грейс мало с кем переписывалась, а потому решила не тратиться на такую услугу. По ее словам, она не стала бы этого делать, даже если б ее служанка не была дочерью почтальона. Но поскольку она ею была, приходившие Грейс письма Джо доставлял ей бесплатно, говоря, что, если уж он улучил минутку, чтобы повидаться с дочкой, так почему не занести заодно и письмо мисс Грейс, коли оно пришло.