Пахло кушанье потрясающе, и вскоре Веста уже наслаждалась рыбой под яично-лимонным соусом, который с восторгом описывал ей помощник премьер-министра.

Он также был ее учителем не только в отношении языка, но и во всем, что касалось обычаев страны, пищи и развлечений ее жителей.

— Как вы знаете, — говорил помощник, — население нашей страны состоит из греков, венгров и албанцев, поэтому мы впитали в себя обычаи всех трех стран. — Молодой человек улыбнулся. — Что касается пищи, наибольшее влияние исходит, пожалуй, от греков. У нас огромное побережье, так что никогда не бывает недостатка в морепродуктах, и любая женщина, даже если она скверная кухарка, умеет готовить рыбу.

Рыба, которую ела сейчас Веста, была потрясающе вкусной.

За рыбой последовало нежное мясо барашка, тушенного с помидорами и с каким-то неизвестным Весте овощем, напоминавшим по вкусу зеленый перец.

Барашек был обильно сдобрен специями, и Веста сказала себе, что, когда доберется наконец до столицы, надо будет поинтересоваться подробнее растительностью Катонии.

Ей принесли легкого белого вина, и, хотя Веста попросила также воды, вино показалось ей удивительно вкусным.

Ей захотелось спросить, делали ли его из местного винограда, но она не смогла подобрать подходящих слов.

Веста обнаружила, что не понимает хозяина гостиницы — он говорил совсем не так, как премьер-министр и его помощник. Было также ясно, что и он не понимает ее.

Закончив ленч. Веста обнаружила, что уже около часа дня и обитатели портового городка скоро удалятся на сиесту.

Выглянув в окно, она увидела, что сидящие на крылечках старики клюют носами.

Что же ей делать, если никто так и не приедет за ней?

Мысль эта пугала девушку. А что, если о Весте вообще забыли? Она так и будет сидеть здесь день за днем, месяц за месяцем? А когда кончатся деньги и она не сможет платить за еду и ночлег?