— Мор-рковку! — эхом отозвалась птица. Морин достала морковь из холодильника и, подогрев ее в микроволновой печи, положила в его тарелку. Попугай тут же схватил ее лапкой и, довольный, приступил к еде.

— С тобой хоть поговорить можно, — вздохнула Морин. — Такие попугаи, как ты, доживают до семидесяти лет. Если у меня не будет мужа, то, по крайней мере, будешь ты.

С улицы послышался шум. Ее соседи были тихими людьми, и эти звуки не предвещали ничего хорошего. Морин отодвинула занавеску и выглянула во двор. У входа во вторую половину дома, которая пустовала уже полтора месяца, стояли двое мужчин. Владелец этой половины был все время в разъездах, а жилище сдавал внаем. Последний квартирант был любителем хард-рока, поэтому Морин не особенно сожалела о его отъезде. Кто на этот раз? — с любопытством подумала она.

Ответ пришел сам собой. Груженный мебелью красный пикап въезжал во двор. За рулем его сидел тот самый механик.

Она быстро задернула занавеску. Лишь бы он не увидел ее «фольксваген», припаркованный невдалеке! По соседству было еще несколько домов, отделенных друг от друга живой изгородью. Морин нравилась такая изоляция от внешнего мира, но сейчас ей стало не по себе. Этот огромный мужчина, со всей его сексуальной привлекательностью, ей уже откровенно не нравился. Ее раздражало, что даже дома он не дает ей покоя. Хорошо, если он некоторое время не будет выходить на улицу. Тогда она сможет потихоньку копаться на своем небольшом участке, не рискуя быть замеченной.

— А-а-а-а-а! — неожиданно завопил Бэгуэлл.

Она бросилась на кухню, пытаясь утихомирить расшумевшегося попугая. Он кричал и болтался вниз головой, зацепившись когтями за верх клетки.

Опасаясь, что ее новый сосед может с минуты на минуту заявиться, чтобы узнать, в чем дело, Морин быстро накрыла клетку покрывалом. Она снова отодвинула занавеску и в окне другой половины дома увидела огромный мужской силуэт. Это был он. Несколько минут она с замиранием сердца следила за его перемещениями. Силуэт внезапно исчез. В дверь никто не стучал.