По ее мнению, она выглядела очень молодо, элегантно и, может быть, привлекательно. Однако все портили очки, и тут была бессильна даже косметика. Одно время она перешла на контактные линзы, но развившаяся аллергия плюс масса глазных инфекций заставили ее оставить эту затею. Впрочем, сногсшибательной красоткой она быть и не собиралась. Как будто это что-то значит. Так или иначе, никто из мужчин в столовой на нее даже не посмотрел.

Морин жевала свой бутерброд, с улыбкой наблюдая за забавными прыжками белки на дереве, росшем напротив окна. Она не сразу осознала, что ее одиночество кто-то нарушил. Тот, встречи с кем она так тщательно избегала, присел почти рядом с ней, бросив на нее недружелюбный взгляд.

Морин не удостоила его ответным взглядом. Хватит с нее разговоров с этим наглецом. Бутерброд стал по вкусу напоминать ей кусок картона, но она не подавала виду.

— У Блейка работаешь? — спросил он.

— Да, — ответила она, не поднимая глаз от бутерброда.

Он открыл термос и налил себе в чашку горячего кофе.

— Платят хоть нормально?

— Мне хватает. — Она нервничала все больше и больше. Руки ее задрожали. Он заметил это, нахмурился и пристально, не отрываясь, посмотрел на нее.

— Я вижу, что хватает, — пробурчал он. — Одеваешься по высшему классу.

Это уж просто оскорбительно. Она была готова с жаром возразить ему, что покупает одежду в недавно открывшемся магазине, где цены низкие, а качество высокое, но… он был незнакомцем. И не просто незнакомцем, а грубияном и наглецом.

— Извините, я пошла работать, — отвернувшись, холодно заметила Морин.

— Чем вы там в отделе контроля качества занимаетесь? — язвительно спросил он, не отрывая от нее взгляда. — Работали бы как следует, и самолет при первом же полете не опозорил бы всю компанию.

Она поняла, что невольно краснеет. Господи, как же от него избавиться? — думала она. Морин почувствовала, что ей почему-то совестно и она уже готова извиниться.