Кожа у шейха была темнее, чем у Камерона, загоревшая почти до медного, а не золотого оттенка. Его длинные волосы тоже были темнее. Черты лица не столь классически совершенны, как у Камерона, скулы слишком широкие, губы слишком чувственные, а глаза слишком… Дамита задумалась, подыскивая определение. И поняла: слишком страстные. Этим человеком владели сильные эмоции, и они находили выход буквально во всем. Об этом свидетельствовала с трудом сдерживаемая энергия его движений, его беспокойный взгляд, ощущение силы, которую он излучал. Дамита невольно съежилась, когда он подошел к ним.

Дэймон внимательно рассматривал ее лицо, пожимая ей руку.

– Добро пожаловать в мой дом, мисс Шонесси. – Он изучал ее холодным взглядом, но затем внезапно улыбнулся. – Что с вами? Вы чем-то напуганы? Кэм снова наговорил на меня? Я не ем маленьких девочек на завтрак.

– Нет, не… Я хотела сказать… – Дамита взяла себя в руки и начала сначала: – Здравствуйте, шейх Эль Карим. Благодарю вас за приглашение.

– Зови меня Дэймон. – Глаза шейха сверкнули. – Из того, что Кэм сказал мне по телефону, я понял, что ты гостья Касмары не по своей воле.

– Но это не ваша вина, – Дамита недовольно взглянула на Камерона. – Я уверена, что эта задержка – целиком его идея.

– Целиком моя, – признался Кэм, пожимая руку Эль Кариму. – Я беру на себя полную ответственность за свое ужасное поведение.

– Но это и в самом деле нехорошо! – воскликнула она. – Ты не имеешь права прятать от меня мою мать. Она где-то поблизости?

– Не совсем, – уклончиво ответил Кэм.

– Не совсем? – Дамита шагнула к нему, ее темные глаза сверкали. – Тогда какого черта я здесь делаю? Ты сказал…

– Ты, наверное, хочешь отдохнуть с дороги, – быстро вмешался Дэймон. Он щелкнул пальцами, и женщина в белом поспешила к нему. – Лианда покажет тебе комнаты и будет обслуживать тебя, пока ты здесь. Если что-нибудь понадобится…

– Просто щелкнуть пальцами? – раздраженно прервала его Дамита. – Вряд ли когда-нибудь буду способна на такое обращение с человеком. Это же все равно что свистнуть собаке.