Проходя с собакой через сад, Десима остановилась и оглянулась на невысокий дом с белыми стенами, крышей с коньком и выступающим крыльцом. Все двадцать три года жизни это был ее дом. В этот солнечный день, на фоне поднимающихся к голубому небу гор, Ферма Робин, с зарослями жимолости, окутавшими крыльцо, и кустами красных роз, контрастирующих с каменными стенами, выглядела прекрасно.

Род Десимы происходил из этой части Уэстморленда

Десима остановилась на пороге большой кухни с каменным полом и с наслаждением вдохнула воздух.

— Как замечательно пахнет твой хлеб, Бесси, — сказала она.

Полная седовласая женщина, наклонившаяся к печи, быстро повернулась.

— Десс! Что ты делаешь? Появляешься, как призрак. Хорошо, что я успела поставить торт в духовку. Если бы я его уронила, Джимми был бы недоволен. Я слышу его, он в холле. Держи его подальше от кухни и скажи, что чай еще не готов.

— Он, наверно, умирает с голоду! — рассмеялась Десима и пошла в холл к брату.

— Привет, Десс, — встретил он ее. — Я…

— Ты умираешь с голоду. Но чай еще не готов, тебе придется подождать. Бесси так сказала.

— Бесси, я ухожу из дому! — крикнул Джимми.

— Не уйдешь, — отозвалась Бесси. — В духовке смородинный торт.

Джимми с улыбкой позволил отвести себя в гостиную.

— Все в порядке? — спросила Десима, садясь рядом с братом на широкий диван.

Он кивнул.

— Да. Мистер Ньювелл доволен. Еще две выплаты, и мы свободны от долга. И даже больше, милая: мы зарабатываем.

Бренды были близнецами: у обоих те же серо-голубые глаза и та же ямочка, когда они смеются. Только волосы Десимы цвета янтарного меда, а ее брат смуглый, похож на жителя долин

Их мать умерла, когда они еще только учились ходить, а три года назад скоропостижно умер и отец. После его смерти они обнаружили, что ферма заложена, и с тех пор напряженно работали, чтобы освободиться от долга. Десима отказалась от мечты стать медсестрой и вернулась из лондонской больницы, где проходила подготовку, домой, чтобы помочь брату в его стараниях.