Джил ощутила потребность на что-нибудь опереться, сил уже не оставалось. Но прежде чем она успела ответить, заговорила вернувшаяся Лорен:

— Кажется, Хэл впервые увидел ее в оздоровительном клубе.

Джил взглянула на Лорен.

— Нет. Я действительно занимаюсь в небольшой студии в Сохо, но познакомились мы в подземке.

— Хэл сказал мне совсем другое, — возразила Лорен, — Это правда, — покачала головой Джил.

— Подземка! — изумился Томас. — Да что мой брат мог Делать в этой дурацкой подземке?

— Так гораздо удобнее ездить по городу, — заметила Джил.

— У моего брата был шофер, — не сдавался Томас.

— Да, был, но этот образ жизни Хэла не устраивал. За те восемь месяцев, что мы были знакомы, он редко прибегал к его услугам.

Томас бросил на нее такой взгляд, что Джил сразу поняла: именно ее он считает ответственной за нелепое поведение брата или думает, что она лжет.

— Но это правда! — воскликнула Джил. — Хэл жил обычной жизнью.

— Только не говорите мне, каким был мой брат, — отрезал Томас.

Их взгляды скрестились. И Джил вдруг спросила себя: как, по мнению Хэла, она могла войти в его семью? Они жили в совершенно разных мирах. В его мире состояние переходило из поколения в поколение, а у нее нет даже родственников — тетка не в счет, они не общаются уже много лет. С финансовой стороны Джил едва сводила концы с концами. Она оглядела огромную гостиную, которая была в два раза больше ее квартирки в Нью-Йорке. Эти люди владеют фамильным состоянием, принадлежат к верхушке общества, они снобы. Что она вообще здесь делает?

— Послушай, даже я езжу на метро, когда бываю в Нью-Йорке, — спокойно проговорил Алекс. — Ее комната готова? — спросил он Лорен, стоявшую рядом с ним.

Лорен кивнула.

Удивленная Джил посмотрела на Алекса, благодаря за помощь, но понимая, что он вряд ли стаи ее сторонником.