Слова взорвались от содержащейся в них силы, но, уже произнося их, Джил почувствовала, что ее уверенность поколеблена. К тому же, захлестнутая эмоциями, продолжить она не смогла. Да и сказать было почти нечего.

Джил только мысленно молила: «Хэл, вернись, я так одинока. Ты нужен мне!»

Потом до нее дошло, что Лорен и Алекс явно не верят услышанному.

— Я вам не верю, — заявила ошеломленная Лорен. — Он никогда не сделал бы вам предложения. Томас прав насчет вас!

Джил смотрела на Лорен, не понимая смысла ее последнего замечания.

— Мы с Хэлом очень близки! — воскликнула Лорен. — Между нами всего два года разницы. Если бы Хэл собирался жениться на вас, он сказал бы мне. Хэл упоминал, что вы встречаетесь. И все. Упомянул об этом раз или два. Я знаю своего брата! Если бы мой брат кого-то любил и планировал жениться, он поставил бы меня в известность — обязательно!

Сердце Джил отчаянно колотилось, колени ослабли, и девушка испугалась, что снова может упасть.

— Нет. — Она покачала головой и перевела взгляд на Алекса. «Он тоже мне не поверил», — подумала Джил. И к ее ужасу, ей показалось, что в его глазах она увидела жалость. — Он попросил меня выйти за него, — хрипло проговорила она.

— Не важно, — сказал Алекс. — Это спорный вопрос. Лорен?

Джил внезапно охватила решимость. Она не должна показывать этой семье, что сама сомневается, что сомневался и Хэл, что, возможно, все они правы, а ошибается она.

О Боже!

Лорен сделала шаг вперед. Глаза у нее покраснели от слез.

— Идемте со мной. Я провожу вас в вашу комнату.

Она повернулась и стремительно вышла из гостиной, не посмотрев, следует ли за ней Джил.

Та помедлила, в последний раз взглянув на Алекса. Он пристально смотрел на нее, и у нее появилось неприятное ощущение, будто он чувствует ее смятение и сомнения, подозревает, что было на самом деле. Но этого не могло быть. У нее явно, что вполне объяснимо, паранойя.