— Слабый сюжет, и актеры играют отвратительно, — не церемонясь, заявил Слэйд. — К тому же мораль сомнительна.

— Мораль? — пораженно переспросила Элли.

Слэйд пожал плечами.

— Я сторонник традиционных нравственных ценностей.

Девушка так удивилась, что сразу потеряла нить беседы. Слэйд искоса взглянул на примолкнувшую Элли.

— Ты что, язык проглотила?

Девушка снова принялась отстаивать свою позицию, но нервное напряжение не оставляло ее, и это было не просто сексуальное влечение. Ее восхищали интеллект и образованность Слэйда.

Когда они въехали в Окленд, беседа сошла на нет. Элли знала дорогу в аэропорт и еще несколько адресов в этом городе, но, как только скоростное шоссе осталось позади, она совсем запуталась в хитросплетениях улиц.

Вскоре они оказались на востоке, в одном из дорогих пригородов. Слэйд припарковал машину на гостевой стоянке возле современного многоквартирного дома и выключил мотор.

— Она ждет нас, — сказал он.

Мимо кустов камелии и раскидистого клена они подошли к входной двери. Слэйд нажал на кнопку домофона.

— Это я, — сказал он и добавил: — С гостьей.

Женский голос — определенно слишком молодой, чтобы принадлежать Мэриан Хокинз, — ответил: — Поднимайтесь.

Слэйд открыл дверь.

— У Мэриан сейчас живет ее крестница, — сказал он без всякого выражения.

…В роскошном холле стояла бронзовая статуя греческого бога, везде было много ковров и мрамора. На стенах висели пейзажи. На полу стояла огромная китайская ваза с цветами.

— Нам в лифт, — сказал Слэйд, слегка прикоснувшись к локтю Элли.

Лифт очень быстро поднял их на четвертый этаж. Там было еще больше ковров, еще больше статуй, еще больше цветов.

Элли угрюмо подумала о том, что, расставшись с человеком, который впоследствии стал Иеном Пирсом, Мэриан Хокинз явно улучшила свое материальное положение.